Страшная правда
Здесь та правда, которая тщательно скрывается защитниками права на аборт, а также зачастую умалчивается врачами.
Посмотрите короткий отрывок из фильма Русский крест, всего 7 минут, и вы узнаете, почему вас приглашают на УЗИ и рекомендуют сделать аборт. Им нужен ваш ребенок, нужны своловые клетки, из которых состоит ваш ребенок, для того что бы сделать из него преперат для омоложения богатых зажравшихся хозяев. Продлить свою молодость с помощью вашего ребеночка. Только вам этого не скажут, они будут мило улыбаться и делать вид что они ваши самые близкие друзья.
Как добывают стволовые клетки.
http://rutube.ru/tracks/489630.html?v=e8808e82c111eb Материалы этого раздела шокируют своим ужасом и откровенностью. То, что вы увидите, ни в коем случае нельзя расценивать как попытки запугивания. Мы не ставим своей целью напугать кого бы то ни было. Опубликованные фотографии - это не "страшилки"! Это то, что официально называется "продуктами абортирования". Это то, что любой врач, совершающий аборты, видел не один раз.
Мы очень надеемся, что простое, человеческое чувство жалости после увиденного, удержит кого-то от рокового шага.
Смотрите и думайте, что вам более по душе - вот такая горькая правда, или сладкая ложь из уст сторонников аборта про то, что "это ещё не человек". Однако трупы человеческие...
Зачатый ребёнок - невинное существо. Эмбрион - наиболее слабое и беззащитное существо из всех человеческих существ. По божественной мудрости он предоставлен заботам других людей и, особенно, заботам матери. У него нет никаких возможностей защищаться. Даже у маньяков-серийных убийц есть адвокаты в суде.
Цитата:
"Любое средство пропаганды, особенно прессу, радио и кино, а также фельетоны, брошюры и лекции надо использовать для внушения русскому населению, что вредно иметь несколько детей. Должна быть рекомендована добровольная стерилизация" (W. Perry. Как Гитлер устанавливал контроль над рождаемостью, 1994 г.).
"для приготовления препарата "НАЛАДОР" используются плоды сроком 16-19 недель беременности, когда масса плода не превышает 350-380 г.", грань жизнеспособности младенца, который имея вес приблизительно 500 г. может выжить, если его не будут перфорировать и расчленять, выбирая ткани мозга, надпочечников, тимуса, печени, селезенки, яичек, простаты - всего 5% от общей массы..
Они уже узаконили "цивилизованное" людоедство и получение "взвеси" из детей позднего срока беременности
з
внутриведомственный нормативный подзаконный акт - письмо № 05-10/6-10 от 26.10.92
http://www.noabort.net/files/truth/92.jpgУльтразвуковые съёмки аборта на 12 неделе явно показывают: ребёнок чувствует боль, как любой из нас, и прекрасно понимает, что его хотят убить - он всеми силами старается отодвинуть от себя инструмент и широко раскрывает рот в безмолвном крике, когда у него отрывают сначала ноги, затем часть туловища…
Голову извлекают в последнюю очередь и лицо убитого ребёнка всегда искажено гримасой боли и ужаса
Фильм американского врача Бернарда Нэйтансона, названный «Безмолвный крик», показал всему миру, что такое аборт на сроке 11 недель беременности. Многие врачи и медсестры, посмотрев фильм, прекратили участвовать в абортах.
Это документальный фильм, и авторы рекомендуют соблюдать осторожность при его показе, поскольку некоторые кадры могут вызвать у человека психологический шок: безмолвный крик внутриутробного младенца, искаженное от боли лицо ребенка, погибающего на наших глазах...
Из закадрового текста к фильму: «Инструмент еще не коснулся ребенка, но он уже возбужден, его сердечные удары учащаются и достигают приблизительно 200 ударов в минуту. Вакуум-кюретка нащупывает ребенка, и он широко раскрывает рот в безмолвном крике».
Этот безмолвный крик ужасает весь невидимый для нас духовный мир, но оставляет мир видимый, не просто равнодушным, но часто защищающим детоубийство.Человеческий эмбрион умеет плакать, зевать и чувствовать смерть.
Британские ученые засняли на пленку поведение плода на самых ранних стадиях беременности. Оказывается, зародыш начинает двигаться уже в возрасте 12 недель, вслушивается в голос матери и плачет, когда будущая мама курит...
А к 6 месяцам его поведение уже мало отличается от новорожденного – зародыш может совершать сложные движения, глотать и даже улыбаться, когда ему тепло и удобно. И наоборот, если ребенка чуть-чуть подтолкнуть, на его крохотном личике появляется отчетливое выражение недовольства...
Московские гинекологи предпочитают аборты
- Сохраняться будешь?
Девушка в палате 2-й Гинекологической больницы смотрела словно не на нее, а куда-то мимо. Безучастный вид, бледное заплаканное лицо.
- Да, хочу сохранить, - тихо ответила Наташа.
- Мы тоже пытались, - отозвалась еще одна пациентка. - И я, и Галка вот, - она кивнула в сторону соседки, - только бесполезно все. Сказали "мертвый плод". Здесь всем так говорят. А потом выскабливают...
...Вы можете сколько угодно убеждать себя, что с беременностью все нормально. Вам объяснят, что это не так, и найдут у будущего ребенка "патологию, несовместимую с жизнью". Вы будете слышать, как бьется его сердце, а вам скажут: "Мертвый плод". Вас направят на искусственное прерывание беременности, хотя казалось, еще пять-шесть месяцев, и вас будет двое. Потому что ваш еще не родившийся малыш нужен не только вам...
Ваш ребенок нужен старику, у которого проблемы с потенцией. Он нужен пожилой мадам, которая хочет выглядеть шестнадцатилетней. Он нужен чиновнику - для повышения работоспособности.Ведь лекарства из эмбриональных материалов способны творить чудеса...
"Он все равно умрет!"
Наташа Семенова ждала второго ребенка. Как положено, встала на учет в женской консультации, сдала бесчисленное количество анализов. До трех месяцев все было в порядке, женщина прекрасно себя чувствовала, плод развивался строго "по правилам". На тринадцатой неделе беременности у Наташи начались периодические боли. Она поначалу не придала этому значения, но через три дня решила на всякий случай сделать УЗИ. По направлению из женской консультации она пришла во 2-ю Гинекологическую больницу.
- Меня, честно говоря, очень напугали соседки по палате, - рассказывает Наташа. - Но я сначала подумала, что они расстроены из-за того, что беременность прервалась. Тем более, как потом выяснилось, одна из моих соседок теряет ребенка в этой гинекологии уже во второй раз. Я была уверена, что у меня все будет в порядке: дело в том, что точно такие же проблемы у меня были в первую беременность, но все прошло, и я нормально родила.
Через пару часов Наташу отправили в кабинет УЗИ. На стульях перед кабинетом сидели 12 женщин. Разного возраста, по большей части на поздних сроках беременности - от 19 до 23 недель. Дальнейшее выглядело как кошмарный сон.
- Пока я ждала УЗИ, из кабинета выходили женщины, которые сидели в очереди передо мной и уже прошли исследование, - говорит Наташа. - Всего их было семь человек. Несколько женщин выходили в слезах и говорили, что УЗИ показало "мертвый плод". Я думала, что схожу с ума. Потом подошла моя очередь, я вошла. Врач-узист очень быстро провел мне аппаратом по животу - это и минуты не заняло - и сказал: "Ну, мертвый он у тебя. Сильно не переживай, сейчас почистим, в следующий раз родишь".
- Я вам не верю! - сказала Наташа, стараясь держаться как можно спокойнее. - Вы врете. Не может быть такого, чтобы у всех был мертвый ребенок. Я сделаю УЗИ в другом месте.
- Да что ты понимаешь? - возмутился эскулап. - Я тридцать лет делаю УЗИ. Отправляйся в палату!
- Он назначил мне пенициллин, - говорит Наташа. - А я была уверена, что ребенок живой, и спросила у сестры, не повредит ли пенициллин - это ведь антибиотик. Само собой, она тоже на меня накричала, что, мол, нечего умничать, делай, что сказано. А соседки по палате объяснили, что пенициллин колют перед "чисткой". То есть меня уже готовили к аборту.
Но избавляться от ребенка Наташа не собиралась. Она позвонила мужу, он забрал ее из больницы и сразу же отвез в поликлинику при Финакадемии - на повторное ультразвуковое исследование.
- Жив ваш ребеночек, - сказали Наташе в поликлинике. - Сердце бьется...
- Наташина история меня ничуть не удивила, - говорит вице-президент Благотворительного фонда защиты семьи, материнства и детства И. Белобородов. - С подобными историями к нам обращаются с удручающей регулярностью. Схема одна и та же: на позднем сроке беременности - 20-25 недель, реже на небольшом сроке женщине делают УЗИ и говорят: "Плод мертвый", либо "Беременность замершая" (не развивается), либо "Патология плода". И настойчиво предлагают аборт. Дальнейшее зависит от самой женщины: она может поступить так, как Наташа, - то есть обратиться к другому врачу и сделать повторный анализ, а может пойти на аборт. Что, к сожалению, чаще и происходит.
Наташа вернулась во 2-ю Гинекологическую больницу за вещами. Она просила выдать ей результаты анализов, но в ответ услышала стандартное: "На руки не даем, не положено". А после зашла к тому самому врачу, который так настойчиво уверял ее
- "плод мертвый".
- Я сделала УЗИ в другом месте, и мне сказали, ребенок живой!
- Ничего, - ответил специалист с тридцатилетним стажем. - Все равно умрет.
Ошибка с заранее обдуманным намерением
"Я боюсь обратиться в нашу районную женскую консультацию, так как уверена, что меня пошлют на аборт. Наша врач, если к ней приходит беременная женщина, почему-то всегда ищет причину, чтобы послать ее на аборт (слишком молода, слишком стара, второй ребенок никому не нужен и т.д.), и это не преувеличение, так как за аборт она берет с женщины деньги, а за ведение беременности ей никто не делает даже подарки".
"На шестом месяце беременности мне сделали анализ крови на альфафетапротеин. Когда я пришла узнать результаты, меня пригласила в кабинет врач и сказала: "Превышение на несколько единиц. Это значит, у ребенка будут нарушения слуха или зрения. Я вам очень рекомендую сделать аборт". Я, разумеется, не стала избавляться от ребенка, он родился совершенно здоровым, без всяких отклонений. Но все остальные месяцы беременности я просто сходила с ума".
"Мне пытались выскоблить здорового ребенка - в 1998 году в больнице. Сейчас моей девочке 4 года".
Эти письма никакой не эксклюзив. Подобных случаев в Москве сотни, если не тысячи. Опытные врачи-гинекологи тоже подтверждают эти факты.
Я несколько лет проработала в Центре перинатологии при 29-м роддоме, - говорит врач-гинеколог И.Клименко. - Когда приходили пациентки, направленные на позднее прерывание беременности из-за патологии плода, просто волосы вставали дыбом. Женщина с нормально развивающейся беременностью, все в норме с ребеночком, есть какие-то незначительные отклонения, которые, по большому счету, ни на что не влияют. А ее направляют на аборт - да еще на сроке 20-25 недель.
Да, на сроке 20 недель беременности вам могут абортировать здорового ребенка из-за халатности или непрофессионализма гинеколога. Это всего лишь врачебная ошибка. Да, вам она стоила ребенка. Но от ошибок не застрахован даже гениальный врач. А еще беременные - особы неуравновешенные, легко впадают в панику и вообще склонны к фантазиям.
Только одно не вписывается в эту гладкую схему. Врачам-гинекологам очень выгодно ошибаться. Особенно - на втором триместре беременности пациентки.
препараты из абортивного материала - практически панацея, "эликсир молодости", а сфера их применения - от болезни Альцгеймера до импотенции. Добывается материал стандартно: женщины, собирающиеся сделать аборт (по медицинским либо социальным показаниям), пишут расписку: "...настоящим удостоверяю добровольное согласие на использование моего плода, полученного при бесплатной операции искусственного аборта, для научно-исследовательских целей с возможностью в дальнейшем их терапевтического применения". Стоимость "терапевтического применения" впечатляет: одна инъекция препарата обходится в 500-2000 долларов. При этом чудодейственными биологическими свойствами зародыш обладает лишь в возрасте 14-25 недель.к гонке за "абортивным материалом" подключаются теперь уже коммерческие организации. И всем требуется сырье.Бизнес на "жертвах аборта" становится причиной совершенно уникального явления: среди женщин все популярнее становится профессия "человек-инкубатор". Это дамы, которые зарабатывают себе на жизнь исключительно тем, что беременеют, а после проводят искусственные роды. По неофициальной информации, "ходячему инкубатору" на всем протяжении беременности платят 150-200 долларов в месяц и снимают где-нибудь комнату. После аборта, сдав ценные зародыш и плаценту, женщина получает порядка 1000 долларов и, отдохнув, начинает все сначала. Максимальное количество таких беременностей - семь, после чего "инкубатор" теряет всякую способность к репродукции и зарабатывает кучу сопутствующих заболеваний. Мало кто из них доживает до 45 лет...
Скандал, связанный с продажей фетальных тканей, быстро утихает. Следующие три года проходят относительно спокойно. Что происходит на самом деле, не знает никто.
Но, как нам удалось выяснить, изготовление препаратов из абортивного материала не прекратилось. Наоборот, с уходом проблемы в тень конвейер лишь увеличил обороты.
в Москве действует хорошо организованная разветвленная сеть по "добыче" эмбрионального материала и производству из него лекарственных и косметических препаратов. Механизм действия отработан до мелочей. Но, как и всякая развивающаяся отрасль, производство фетальных препаратов требует все больше сырья. Если сначала было достаточно "реальных" поздних абортов - когда действительно существовала угроза жизни матери либо уродство плода, несовместимое с жизнью, то уже через некоторое время материала стало не хватать. В ход пошла так называемая группа риска: беременные старше 30 лет, беременные с плохой наследственностью и т.д. А в последнее время, судя по всему, гинекологические больницы и женские консультации вообще перестали выполнять "план по поздним абортам". И страшные диагнозы ставятся направо и налево - независимо от возраста и состояния здоровья женщины. Не исключено даже, что специалисты этого редкого "профиля" уверены, что делают доброе дело. Ведь чудо-препараты продлевают кому-то жизнь.К слову, в подавляющем большинстве стран фетальная терапия запрещена. В России она процветает. Но главное даже не в этом. Для свежего абортивного материала, как выясняется, необходим сущий пустяк. Ошибочный диагноз узиста или не вполне достоверный результат анализа. Цена вопроса - 2000 долларов за одну инъекцию. Может, поэтому количество "ошибок" постоянно растет? Ведь если можно заработать на ошибке, то почему бы не ошибаться как можно чаще?
фото убийств и технология
http://www.arhangel.narod.ru/Abort-5.htmlМАМОЧКА!
очень грустная история.
История хоть идлинная, но зато жизненная.
И читается великолепно. если есть время-почитайте, не пожалеете!
МАМОЧКА!
Я появился совсем недавно. Сейчас я сижу у мамочки в животике, но через девять месяцев я появлюсь на свет. Мне тут так хорошо и удобно!
Мамочка заботится обо мне, часто она включает спокойную музыку и я наслаждаюсь вместе с ней и иногда засыпаю.
Каждый вечер приходит с работы папа. Он обнимает мамочку и гладит животик, в котором живу я.
Когда я появлюсь на свет, у нас будет самая счастливая семья, я ведь уже так сильно их люблю!
Моя мама большую часть времени проводит дома. Но с часу до пяти она уходит на работу в школу.
...У нее сейчас не очень много учеников, но зато они очень сильно любят мою мамочку.
Ну ничего, когда я рожусь, я буду любить ее еще больше. После школы моя мама приходит домой и кушает,а вместе с ней кушаю и я. Все всегда такое вкусное! Потом моя мамочка смотрит телевизор и вяжет, затем готовится к урокам.
А вечером приходит папочка, и они идут спать. Так обычно и проходят дни. Мой папа старается во всем угодить мамочке.
Он такой добрый! Скорей бы мне родиться, я бы каждый вечер их обнимал, целовал, а потом бы заползал к ним в постель, и они бы со мной играли. Вот было бы здорово!
С каждым днем я расту все больше.
У меня начинают появляться ручки и ножки. Я все вижу и чувствую, а мои родители, наверное, этого не знают.
Как интересно! Я могу видеть, что они делают, а они не могут заглянуть в животик и увидеть, как я машу им ручкой и улыбаюсь.
Мне так весело и так хорошо! Мне иногда хочется вылезти из маминого животика ночью, поцеловать мамочку с папочкой и забраться обратно, потому что я еще маленький, а маленьким детишкам положено сидеть в животике. Иногда мою маму навещает бабушка.
Она очень нежная и заботливая. Бабушка приносит маме еду, хотя ее и так в доме полно, а еще пеленки и одежду для меня,
хотя они еще не знают, кто родится, мальчик или девочка. Мне так приятно, что они все думают обо мне и заботятся.
Как же все-таки хорошо быть маленьким ребеночком и сидеть в уютном и мягком животике...
Прошел месяц. Я становлюсь все больше и больше. У меня уже появились любимые блюда, которыми кормит меня мамочка и музыка,которую она часто слушает. А еще мой папочка вчера прислонил ухо к маминому животику и слушал, как я там поживаю.
Было так здорово! Я дотронулся рукой до маминого животика и пошевелил пальчиками. А папа сказал, что услышал,как я дышал. Вот глупенький!
Сегодня у мамы не было уроков, потому что ученики уехали на экскурсию, и она пришла домой пораньше. Она открыла дверь и увидела там папу с какой-то девушкой. По-моему, она тоже была нежной и ласковой, как мама, потому что папа обнимал ее, целовал и улыбался. Но мамочке она почему-то не понравилась.
Она начала кричать на папочку. Девушка в это время быстро собрала вещи и убежала, а мама с папой стали ругаться.
Я еще никогда не видел, чтобы они ссорились. Мама громко кричала и била папочку по лицу. Папа обиделся и куда-то ушел,
а мама крикнула, чтобы он больше не приходил. Потом она села к кресло и расплакалась. Мне было ее так жалко.
Я так хотел ей чем-нибудь помочь, но не мог. Я тогда решил, что когда появлюсь на свет,
я всегда буду успокаивать мою милую мамочку и она никогда-никогда не будет плакать.
Ведь я ее так люблю!
Первый раз в ее животике мне стало как-то неуютно. Почему-то заболела левая ручка. Может, это от того, что мама плакала и нервничала?
Она вдруг встала с кресла и начала ходить по комнате, а слезы все равно капали из ее глаз. Мне уже захотелось кушать,
а мамочка, кажется , совсем об этом забыла. Странно, раньше такого никогда не было. Но ничего, я еще потерплю,главное, чтобы мамочке стало легче, и она помирилась бы с папой.
Сегодня мамочка легла спать одна, папа так и не пришел
. Было очень неуютно без него, и я расстроился. А еще мамочка очень плохо покормила меня, съев какие-то сушки,
мне было очень тяжело ими питаться, да к тому же они были какие-то невкусные. Скорее бы они с папой помирились...
Бедная мамочка, она не может заснуть и снова плачет. Как мне хочется вылезти из животика и обнять ее своими маленькими ручками.
Может, ей стало бы легче...
Настало утро. Мама уже проснулась, но все равно лежит на диване. Я опять проголодался.
Почему она не обращает на меня внимания, почему не заботится так, как раньше. И где мой папочка, я ведь уже так сильно по нему соскучился!
Вот, наконец, мама встала с дивана и пошла на кухню. Может, она меня покормит! Нет, она садится на стул и опять рыдает.
Так и хочется сказать ей : "Мамуля, не плачь, ведь у тебя же есть, ведь я же не могу без тебя и очень люблю".
Я медленно глажу ручкой ее животик и шепчу ей нежные слова. Как жаль, что она ничего не слышит...
Мама открывает ящик, что-то берет и щелкает зажигалкой. Интересно, что она дела...Тьфу, я задыхаюсь. Что это, Господи, какая гадость!
Что она делает! Что это за дым! В маленьком уютном животике, где я живу, никогда этого не было! Фу!
Мне так плохо, дым режет глаза и я кашляю. Мамочка, пожалей меня, что ты делаешь, мне так неприятно.
Но нет, она не слышит меня и вдыхает в себя какую-то дрянь. Я расстраиваюсь и начинаю плакать. Мамочка хватается за живот.
Ее тошнит. Наконец-то она перестает курить. Но дыма в ее животике так много! Я дую на него и он медленно уходит.
А мамочка опять плачет, и я плачу вместе с ней, потому что от этого ужасного дыма я кашляю и у меня начинает болеть сердечко.
Мама покормила меня, но опять, к сожалению, не тем, чем бы мне хотелось. Почему неожиданно все так резко изменилось?
Может, я чем-то обидел мою любимую мамочку, но вот чем? Мама не пошла сегодня в школу.
Вместо этого она осталась дома и проплакала весь день. Мое сердечко разболелось еще сильнее. Она опять вдыхала какую-то гадость.
Мне все больше и больше хочется куда-нибудь убежать из ее животика. Тут стало совсем неуютно. Здесь плохо пахнет,
и дым режет глаза, а еще я очень хочу есть...
Сегодня мамочка проснулась рано. Ей не спалось.
Она покормила меня чем-то. Было не очень вкусно, но зато это лучше того, что было раньше. Теперь мне хочется пить.
Мама, как будто прочитав мои мысли, подходит к холодильнику и достает какую-то бутылку.
Она наливает в маленький стаканчик какую-то прозрачную жидкость. Я так рад. Наконец, она вспомнила обо мне, наконец, она будет заботиться обо мне так же, как и раньше. Мама подносит стакан ко рту и резко опрокидывает его вовнутрь.
Боже, какая отрава, какой ужасный вкус! Я тут же выплевываю это. Мне очень противно и обидно. Зачем мама так мучает меня, неужели ей все равно, что со мной будет?... Нет, так не может быть. Она любит меня так же сильно, как и я ее. Она не может желать мне зла.
Просто ей плохо. Но я все равно не понимаю, неужели ей лучше от того, что она пьет какую-то отраву и наполняет животик,
в котором я живу, едким дымом? Как ей может быть лучше от того, что причиняет мне вред? Нет, раньше она была не такой.
Неужели так будет всегда? Я очень этого не хочу, я не выдержу этого...
Проходит еще несколько дней. Все стало еще хуже.
Мамочка почти не кормит меня, лишь вдыхает дым, пьет и целыми днями лежит на диване и плачет. Мне очень плохо.
Часто болит голова и сердечко, иногда меня тошнит. В когда-то нежном и мягком животике стало просто невозможно!
Я часто стучу по нему своими ручками и надеюсь отсюда выбраться. Но это увы невозможно. Я задыхаюсь тут.
А папочка так ни разу и не навестил нас. Может, он разлюбил нас и мы стали ему просто не нужны?
Нет, так не может быть, он ведь так заботился о нас до того, как поругался с мамой. Что же все-таки произошло? До меня нет никому дела.
Я сижу и плачу. Мне здесь так одиноко...
Прошло еще несколько дней. К нам приезжала бабушка.
Она о чем-то долго спорила с мамой, и бабушка уехала от нас вся в слезах. Чем мама ее так обидела? И поругались они из-за ерунды.
Сначала они просто мирно беседовали, а потом мама сказала всего лишь одно слово и бабушка заплакала. Я вообще ничего не понимаю.
Что же она сказала?... "Надо делать апорт" или "аборт"...А, точно не помню, да это и не важно. Разве может быть что-то хуже,
чем вдыхать дым и испытывать тошноту от дурацкого напитка?
Скорее бы мама взяла себя в руки, со всеми помирилась и все было бы так же хорошо и спокойно как раньше...
Мамуля опять проснулась рано и забыла покормить меня. Но я больше не плачу. Я привык, что на меня не обращают внимания.
Мама оделась и куда-то пошла. Она шла и плакала, а прохожие оборачивались в ее сторону и о чем-то шептались
Мама подошла к какому-то неизвестному зданию. Перед входом она перекрестилась и повязала на голову платок.
Внутри было много людей. Некоторые ставили свечки, некоторые молились. Мамочка взяла свечку,
поставила ее перед иконой и стала кого-то умалять, чтобы он ее простил, что она не хочет что-то делать, но у нее нет иного выхода.
Как странно мама себя ведет, она раньше никогда не ходила сюда. Странное место, но оно мне нравится. За что же мама просит прощения?
Может, за то, обидела меня и не покормила? Неужели, она одумалась и вернется к папочке? Неужели все еще может быть хорошо?...
Наконец, мамочка закончила молиться и вышла из здания. На улице она сняла платок, положив его в сумочку, поймала машину и куда-то поехала.
В машине меня начинает укачивать. Сильно кружится голова. Мне снова плохо.
Наконец, машина останавливается и мама выходит у какого-то здания, еще более странного, чем первое.
Вокруг бегают люди в белых халатах и в смешных колпаках на голове. Но мне почему-то страшно и я сжимаюсь в комок.
Мама входит в здание и идет куда-то по длинному коридору. Она подходит к человеку в белом халате, он берет ее за руку и ведет в кабинет.
Там стоят еще два врача. Внутри кабинет весь белый, посредине стоит что-то вроде кровати, а над ней горят лампы.
Я начинаю боятся еще сильней. Мне так страшно, мамочка... Почему-то снова начинает болеть сердечко...
Врачи сажают маму на эту странную кровать, которую они называют "операционным столом",
закрывают дверь в кабинет и начинают к чему-то готовиться. Один из врачей приносит железный поднос,
на котором разложены зловещие предметы: какие-то ножи и огромные щипцы. Господи, что они собираются делать?...
Что все это значит, что делает здесь моя мамочка?... Она захотела напугать меня? Не надо, любимая моя, я и так уже очень напуган.
Я так хочу скорее родиться, подрасти и помочь тебе, только не давай этим врачам ничего со мной делать,
прошу тебя, ведь я так сильно тебя люблю!...
Неожиданно врач берет шприц и что-то колет моей мамочке. Через несколько минут она засыпает. Но я не сплю, я все вижу, все чувствую...
Врачи берут в руки свои зловещие инструменты и склоняются над мамочкой. Боже, что происходит?....
Почему мне так страшно, почему у меня текут слезы и так щемит мое маленькое сердечко?...Отчего так пугающе горят эти лампы,
а их свет будто прожигает меня насквозь? Что задумали эти люди в белых халатах, к чему они так готовятся и зачем они усыпили мою мамочку?...
Она же ведь никогда бы не допустила, чтобы со мной сделали что-нибудь плохое, она ведь любит меня...
Вот врач берет щипцы и погружает их в мамочку. Господи, они уже около меня! Я сжимаюсь еще сильнее, чтобы они не достали меня.
Но они все-таки задевают мою ножку и из нее сочится кровь. Боже, как же больно...
Я хватаюсь за свою ножку и пытаюсь как-то остановить кровь. Но все бесполезно -- рана слишком глубока...
Как могут они протыкать мою нежную кожу своими железными щипцами. Мне ведь так больно, почему они такие жестокие и бессердечные?...
Мамочка, где же ты, почему ты спишь и не остановишь их?... Я лучше останусь в этом грязном и дурнопахнущем животике, но я не хочу умирать...
Не надо пожалуйста...И я снова плачу, а безжалостные щипцы наносят мне следующий удар, на этот раз в беззащитную грудку...
Крови все больше...Я чувствую, что умираю...Как же мне больно, Господи, зачем они так поступают со мной, в чем я виноват?...
За что мне такие мучения?...Я уже не плачу- я кричу, хотя сил все меньше и меньше, и я чувствую, как жизнь постепенно уходит из меня...
Вот щипцы появляются вновь. Я из последних сил кидаюсь на них, но сталь намного сильнее моих неокрепших маленьких ручонок.
Щипцы перехватывают мою тоненькую шейку и тянут наружу. Сопротивляться и плакать нет сил. Меня все равно никто не услышит.
Я задыхаюсь, кровь брызжет из моего тела. Врачи извлекают меня из маминого животика, но я уже мертв...
Врачи равнодушно смотрят на мои останки и без зазрения совести кидают их в мусорное ведро, а маму,
спустя некоторое время, перевозят в другую палату. Скоро она проснется и пойдет домой. Все будет как раньше,
лишь меня уже никогда больше не будет в ее животике, я никогда не рожусь и не подрасту...Я навсегда останусь здесь, в мусорном ведре...
Я никогда не смогу обнять ее, прижать к себе и поцеловать. Я никогда не пойду в садик и в школу...
Моя мамочка никогда не увидит моих первых шагов, не услышит моих первых слов и никогда так и не узнает, как сильно я ее любил.
